ЧАТ BVB-RUSSIA

Разгром НЕДЕЛИ 2
Новая и уже 4-я подряд победа Боруссии!

30 января 2014 г.

Митчелл Лангерак: «Все еще хотел бы быть нападающим»

Митчелл Лангерак проводит свой 4-й сезон в дортмундской «Боруссии», но по-прежнему остается за спиной основного вратаря Романа Вайденфеллера. 25-летний голкипер в интервью говорит об австралийском пляже, судьбе вратаря, о звонке посреди ночи, об «австралийце» Ройсе и о желании быть нападающим и одновременно вратерем «Боруссии» №1.

Господин Лангерак, футбол в Австралии в недавнем прошлом стал все более популярным. Но так же есть по-прежнему виды спорта, как крикет, которые конкурируют с футболом. Как Вы вообще пришли к футболу?
В местности, в которой я родился и вырос, почти каждый играл в регби – включая меня. Футбол был не особенно популярен. Я не знаю, почему было так, но мне всегда нравился футбол. Я был единственным футболистом в моей деревне и всегда играл сам по себе. Сперва не было ни одной команды, к которой я бы мог присоединиться.

Помимо регби и футбола, пробовали ли Вы играть в другие виды спорта?
Конечно, я перепробовал все. Причем сперва футбол был для меня не спортом №1. Чаще всего я играл в крикет. Но я так же плавал и ходил на тренировки по плаванию.

И в какой-то день была образована футбольная команда?
Точно, мне как раз было тогда 8 лет. Но все это было что угодно, но только не интенсивно. У нас была тренировка по средам, а матч играли лишь каждые 4 недели. Но это были для меня лучшие субботние дни, какие могли быть тогда. И с того момента у меня все по-настоящему завязалось с футболом.

Вы выросли все-таки в тихом местечке под названием Бандаберг на восточном побережье. Как все там было?
Я постоянно околачивался на пляже, иногда даже перед школой. После школы в большинстве своем играли в футбол. И когда появлялась возможность быть на пляже, то я и мои приятели пользовались этим. Мы проводили там целые выходные и занимались спортом. Просто расслабляться на пляже – это было не наше дело. Собственно, именно в Бандаберге я впервые встретил немца.

Свои первые шаги в качестве футболиста Вы сделали еще в качестве нападающего, только в 12 лет Вы встали в ворота. Почему? Ведь большинство ребят хотят играть в атаке или в полузащите?!
Я все еще хотел бы быть нападающим, в этом желании ничего не изменилось с моего детства (смеется). По началу я хотел быть как раз именно одним из тех, кто забивает голы. Но будучи нападающим я со временем заметил, что я часто спотыкаюсь об мяч и от этого все равно радовался. И мне даже не было больно, когда я потом падал на землю. Чуть позже я стоял в воротах. И впоследствии именно на этой позиции меня заметили и позвали в сборную.

В свою молодость Вы уже следили за профессиональным футболом?
В Австралии не составляет проблемы смотреть матчи европейских топ-команд. Я это делал, когда мне было еще 10 лет. 4-5 моих друзей так же, как и я, действительно были помешаны на футболе. Мы постоянно встречались в доме у одного из друзей и вставали в 4 часа утра, чтобы посмотреть матчи Лиги Чемпионов. После чего мы сразу шли в школу. И так все еще делают мои родители и друзья, когда играет «Боруссия».

В 17 лет в ходе Вашего перехода в клуб «Мельбурн Виктори» Вы тогда и впервые перебрались в крупный город. Насколько большим был шок?
Я еще до перехода был не уверен в том, смогу ли я справиться с этой перестановкой будучи раскрепощенным парнем из маленького городка. Я не имел никакого понятия, как там пойдут дела. Но опасения пропали очень быстро. Уже спустя одну неделю в Мельбурне я чувствовал себя по-настоящему комфортно. Я сразу же нашел понимание со своими партнерами по команде и провел там 3 прекрасных года. Мельбурн стал для меня вторым родным домом.

После этих 3 лет Вы перешли в «Боруссию». Как тогда шли дела, когда Вы услышали об интересе дортмундцев?
Мой агент имел хорошие отношения с агентом в Германии. Так вообще состоялся первый контакт. Потом совершенно из ничего, посреди ночи, я получил звонок от своего агента, это было в 2-3 утра. Я уже фактически уснул, но он звонил из Германии и для него разница во времени была неважна. Он сказал, что в «Боруссии» видели много видео с моей игрой и имеют интерес ко мне.

Как Вы отреагировали?
Я ведь был в полудреме, а сам разговор длился недолго. Я лишь пару раз сказал «да, конечно, это круто» и положил трубку. Но когда я потом встал утром, я вспомнил нечетко об этом разговоре и тогда подумал «Неужели это действительно случилось?». И мне пришлось посмотреть на свой мобильный и я увидел, что посреди ночи я действительно принимал звонок. Я сразу же позвонил в Германию и позволил себе убедиться в этом.

Были ли еще раньше возможности перебраться в Европу?
Да, но тогда было просто слишком рано и для меня был неподходящий момент времени, чтобы покинуть родину. Только когда я услышал об интересе Дортмунда, для меня было ясно, что я сделаю все, чтобы перейти в «Боруссию». Я чуть ли не тащился от этого (смеется).

Для «Боруссии» было непросто выхватить Вас из Вашего бывшего клуба.
Да, это все длилось 4-6 недель, прежде чем сделка свершилась. Потребовалось несколько интенсивных переговоров между обоими клубами, равно как и мной, моим агентом и моим бывшим клубом. Но я так же и сам обращался к президенту, спортивному директору и тренеру и обосновывал движущие мотивы моего желания перейти в «Боруссию». Я жил в Мельбурне, но иметь возможность подписать контракт с одним из самых великих европейских клубов – это была уникальная для меня возможность. И я не мог позволить себе упустить ее.

Мельбурн находится в 16 тысяч км воздушных линий от Дортмунда. Вы сперва прибыли в Германии один? Ощущали ли Вы себя поначалу одиноко?
Конечно, для меня это был совершенно другой мир, во всех отношениях. Моим счастьем было то, что сразу по моем прибытии команда отправилась на тренировочные сборы. Там благодаря ежедневной работе я, с одной стороны, отключился от лишних мыслей, с другой стороны, постепенно привыкал к новому окружению.

Но ведь так же было и время после тренировок.
Конечно, это было уже нечто другое и сперва это оставалось по-настоящему непривычным. Прошло много времени, пока все стало иначе по ощущениям, чтобы прийти после тренировки домой и найти там только тишину. Я тогда еще жил в достаточно спокойной части Дортмунда. И для меня это было вовсе непросто, так как я не был привычен к такому спокойствию в Австралии. Но между тем со мной живет моя подруга и едва ли дела могут идти лучше.

А как шли дела с удовлетворением бытовых потребностей?
По началу с этим так же было непросто. Большую часть своей почты я не умел читать и в первое время в супермаркете мне приходилось трудно, так как я не знал, как называются продукты, где их можно найти и так далее. Но бананы я смог найти без проблем (смеется).

Ваша первая встреча со снегом?
В первый раз – это были совершенно безумные впечатления, это едва ли можно описать европейцу. Однажды перед тренировкой шел такой снег, что газон уже был слегка весь покрыт снегом. И я был твердо убежден, что теперь тренировку отменят. Ведь снег лежал на поле (смеется). Можно сойти с ума, когда я сейчас вспоминаю об этом.

Скажите, Вы, наверное, были и самым плохим водителем среди всех игроков «Боруссии»?
Да, конечно, ведь теперь у машины руль был на другой стороне, да еще правосторонеее движение. В мои первые две недели вождения здесь для других участников движения было не так безопасно, когда я появлялся на дороге. Однажды я так долго проезжал пешеходную зону, пока мне не стали сигнализировать, пока я ничего не потерял из виду. И тогда мне пришлось быстро развернуться на Маркплац в Дортмунде.

Австралиец считается очень расслабленным человеком, в то время как немец воспринимается обычно как очень серьезный. У Вас были проблемы с немецким образом жизни?
Я бы не назвал это проблемами. Мне просто пришлось привыкать к тому, как немцы относятся ко многим вещам. В Австралии у людей много самоиронии, если что-то идет не так. Потом над этим даже смеются и не слишком беспокоятся об этом, это совершенно безразлично. Конечно, в Германии в этом отношении все иначе, но мне это нравится. Поэтому у немецкой обстоятельности такая выдающаяся репутация в мире.

Какой партнер по команде больше всего похож на австралийца?
Это может быть только Невен Суботич. В нем можно заметить американские черты и они не так уж сильно отличаются от австралийских. Мы отпускаем очень много шуток о нас самих, так как они очень похожи. Но и Марко Ройс был бы настоящим австралийцем, он очень расслабленный парень.

В Дортмунде Вам пришлось познать на себе совершенно другую интенсивность тренировок. Как Вы с этим обращались?
В Австралии мы тоже упорно тренировались, но уровень тренировок в Дортмунде в несколько раз выше. Здесь гораздо чаще тренируешься и приучаешься постоянно думать о тренировках и о следующем матче. Для меня это все было в этой форме совершенно новым, равно как и то, что накануне игры мы отправляемся в отель. Что касается чисто вратарской тренировки, то в Дортмунде я прибавил в работе в тренажерном зале, чтобы просто стать физически крепче.

Между тем Вы уже 4-й сезон в Дортмунде. На Вашем счету 8 матчей в Бундеслиге, 6 игр в Кубке Германии и 2 выступления в Лиге Чемпионов. Цифры не выглядят особенно впечатляющими. Насколько тяжело для Вашей психики постоянно готовиться к матчам, а потом все равно большую часть времени сидеть на скамейке запасных?
Конечно, это не всегда легко, потому что будучи футболистом хочется играть всегда. Но это так же бывает в судьбе вратаря. Нападающий, который не может сыграть с первых минут, но потом все равно появляется в последние 10 минут встречи, имеет возможность хотя бы более или менее регулярно показывать себя. Но я доволен пока своим игровым временем, особенно на данный момент 7 официальными матчами в этом сезоне.

Это всегда является спонтанным решением Клоппа, будете ли Вы играть в том или ином матче, или же перед началом сезона Вам гарантировано определенное количество встреч, в которых Вы сыграете?
Нет, еще никогда не было твердой договоренности в этом отношении. Когда Роман Вайденфеллер травмирован или дисквалифицирован, то играю я. В остальном, это зависит от решения тренерского штаба, хотят ли они произвести замену на позиции вратаря. Во время 5 из моих 7 матчей Вайденфеллер ведь тоже сидел на скамейке запасных. И в тех матчах я просто получил шанс собрать игровую практику и показать себя.

Ваш тренер вратарей Тедди де Беер однажды сказал, что для него нет сомнения, что Вы станете когда-нибудь вратарем номер 1 в «Боруссии». Насколько тяжело оставаться терпеливым?
Вратарю приходится быть терпеливым. В большинстве случаев у вратарей именно так. И от этого никто не застрахован, даже первый вратарь команды. Поэтому я и дальше жду своего шанса и пытаюсь стать еще более лучшим голкипером и постоянно совершенствовать себя. Мне было совершенно ясно, что путь в Дортмунде не будет таким легким. И поэтому для меня сейчас ситуация не тяжелее, чем в мое первое время пребывания здесь. Но я целиком и полностью принял эту ситуацию и это пока так и останется. Я действительно счастлив в «Боруссии», даже как второй голкипер.

Ваш контракт заканчивается в 2016 году. Вайденфеллеру тогда будет 36 лет. Вы убеждены в том, что станете преемником?
Я хочу стать вратарем №1 в Дортмунде, это стоит вне всяких сомнений. Это моя цель. Я работаю над тем, чтобы тренер был убежден в своем решении поставить меня в ворота. Случится ли это через 5 дней, 5 недель или, если условно сказать, через 5 лет – это зависит от меня.

В Ваших словах так же звучит большое воодушевление, когда Вы говорите о «Боруссии». Было ли Вам сразу понятно, насколько любим этот клуб в городе?
Нет, сперва я совершенно не мог понять, как здесь люди воспринимают этот клуб. Нечто в этом роде я вообще не знал. Но нужно провести только 1-2 дня в городе, и тогда ты видишь на лицах прям-таки заразный энтузиазм. Я влюблен в этот клуб. От имени нас всех так ведь уже сказал однажды наш тренер, но сейчас, спустя 4 года, проведенных в клубе, для меня это не является преувеличением, чтобы сказать так. Я просто горжусь быть частью этого клуба и иметь право носить черно-желтую форму.

Как Вас встречают старые друзья на Вашей родине?
Совершенно нормально, как и раньше. Я не изменился ни капли с тех пор. Друзья или партнеры по сборной меня часто спрашивают, как это возможно, чтобы на каждый домашний матч «Боруссии» приходило 80 тысяч зрителей.

И как звучит Ваш ответ?
Я всегда говорю, они должны сами приехать и увидеть это, тогда они все поймут (смеется).

В ближайшем будущем стать вратарем №1 в сборной Ваши шансы выше, чем в Дортмунде. Вы дебютировали за соккеруз. Но новый тренер сборной Анге Постекоглу в своей первой игре как наставник предпочел Мэтью Райна из «Брюгге». Как выглядят Ваши перспективы в отношении к чемпионату мира?
Мы еще не разговаривали так много друг с другом, так как при нем пока что состоялась только одна игра. Но сейчас перед чемпионатом мира карты будут смешаны заново и я надеюсь, конечно, что я выиграю в предпочтениях.

Сборная Австралии получила настоящую группу смерти, в ней сборные Испании, Голландии и Чили. И если вдруг соккеруз удастся пройти дальше, в Австралии будет новый национальный праздник, не так ли?
Вполне возможно, по крайней мере, все сойдут с ума. Но было бы безумием утверждать, что мы сможем пройти такую группу. В Бразилии мы просто хотим показать миру, что австралийцы так же умеют играть в футбол на профессиональном уровне и что мы имеем в своих рядах некоторых игроков, которые так же играют в больших европейских клубах. Каждому в отдельности даст очень многое мериться силами с лучшими сборными мира.

0 коммент. :

Отправить комментарий

Яндекс.Метрика
Анализ сайта